Вятская епархия во второй половине XIX века

Вторая половина XIX века вошла в историю России как период масштабных преобразований, вызванных реформами правительства Александра II и сменившими их контрреформами правительства Александра III. В орбиту этих процессов в значительной мере оказалась втянута и Русская Православная Церковь. Как и прежде, она продолжала находиться в сильной зависимости от тех условий, в которые была поставлена государством в синодальный период. Несамостоятельность в решении насущнейших вопросов церковной жизни – главная проблема участия Церкви в преобразованиях этого периода. Вятская епархия не стала исключением. 

Очень точно охарактеризовал ситуацию в Русской Православной Церкви того времени архиерей Анатолий Мартыновский в письме к архиепископу Смарагду Крыжановскому в 1855 году: «Есть ли Церковь… несчастнее нашей бедной Церкви? Нет, сто раз нет! В каждом государстве народные сословия занимаются предметами, единственно к ним относящимися, а за другими не назирают, в другие не мешаются. Даже в России пастыри всех вероисповеданий пишут для своих овец и проповедуют что угодно, издают книги, какие хотят, дерут своих овечек сколько хотят. А наша – столь несчастная Церковь, что нас судят, нами управляют все, кому угодно: лютеране, кальвинисты, безбожники, либералы».

И все-таки Вятская епархия старалась участвовать в происходивших процессах: она заняла активную позицию в вопросе о церковной реформе, серьезные изменения произошли в сфере духовного образования и церковном школьном деле, на новый уровень поднимается миссионерская деятельность. В то же время вторая половина века оказалась последним периодом относительно стабильного развития.

Уже в эти годы начинают проступать неразрешенные проблемы, назревающие противоречия, которые во всей полноте откроются уже в революционных потрясениях начала ХХ столетия.

Общая характеристика Вятской епархии.

Епархиальное управление.

Во второй половине XIX века Вятская епархия была самой многолюдной по числу православных жителей в России – 2251464 человека обоего пола к 1872 году и уже 2800000 человек в 1893 году. В процентном соотношении по губернии православные составляли примерно 93 % от всего населения.

Оставшуюся часть занимали магометане – 90052 (3 %), раскольники – 47275 (2 %), язычники – 10959 (1 %), единоверцы – 5064 (1 %). В центральной и западной частях епархии почти все население было православным: в Котельническом уезде – 100%, Яранском – 99,6%, Орловском – 98,4%, Вятском – 99,15%, Нолинском – 95,5%. В восточных уездах их доля была чуть ниже из-за проживающих здесь мусульман и язычников: в Глазовском уезде – 90,1%, Сарапульском – 91,9%.

В южной части из-за мусульманского населения показатель был еще меньше: в Уржумском уезде – 90,6%, Елабужском – 80,2%, Малмыжском – 73,2%. Но если по числу православных Вятская епархия была на первом месте, то по числу церквей – всего лишь на 32 (из 63).

В соответствии с новым штатным расписанием введенным в 1877 году в городе Вятке (в Кирове) числилось 38 храмов а в селах – 471 храм. Из них было: соборных – 20, приходских церквей 1 класса - 285, 2 класса – 161, 3 класса – 77, монастырских – 17, при богадельнях – 9, домовых – 12, единоверческих – 8, кладбищенских – 49, приписных – 20.

В начале 60-х гг. на территории епархии находилось 3 мужских и 3 женских монастыря, а также 1 община сестер трудолюбия. В них подвизалось 120 монахов и монахинь, 56 послушников и послушниц. В конце XIX века в епархии было 4 мужских и 5 женских монастырей, в которых подвизались 76 мужчин и 1097 женщин. Духовенство в епархии составляло 0,6 % от общего числа населения и включало в себя 1292 священнослужителя и 1419 церковнослужителей в середине века и 1088 протоиереев и священников, 500 дьяконов, 963 псаломщика – к концу столетия.

В к. 50-х гг. XIX в. РПЦ занимала первенствующее положение среди других легитимных в стране религиозных организаций, православие являлось государственной религией. Взаимосвязь Церкви и государства оформлялась особой отраслью юриспруденции – церковным правом, включавшим в себя каноническое и догматическое право, гражданские и светские законы. Оно сложилось в основном в царствование Николая I.

Российское законодательство строго охраняло интересы православия, запрещая иноверцам миссионерскую деятельность среди православных. Детей, рожденных от родителей разной конфессиональной принадлежности, обязательно крестили по православному обряду, если отец или мать принадлежали к господствующей вере.

Особая группа законов определяла отношения Церкви с самодержцем. Включенный в Свод законов М.М.Сперанским раздел «о вере» декларировал, что на российской почве утвердилось протестантское учение о главенстве монарха в Церкви, проникшее в российское церковное право еще во времена Петра I. Согласно закону, император является источником законов, устанавливал порядок управления государством. Из приведенных положений вытекала политическая зависимость Церкви от государства: царь не только назначал обер-прокурора Синода, дав последнему значение «ока государева» во всех церковных делах, но также утверждал всех кандидатов в архиерейский сан и на епархиальные кафедры. В административно-территориальном отношении империя была поделена на епархии, границы которых, как правило, совпадали с границами губерний – тоже результат опеки государства.

Епархиальное управление строилось по Уставу духовных консисторий. Каждая епархия состояла из двух и более округов, во главе которых находились духовные правления. Схема внутреннего управления Церковью в ее основной части была перенесена на епархии, что ставило и местных архиереев под контроль обер-прокурора. Сложившаяся система центрального управления неизбежно отражалась и на местном управлении. Архиерей часто выступал в качестве крупного чиновника, Духовная консистория – в качестве присутственного места, а священники – в качестве государственных чиновников.

В 1864 г. была выполнена программа по реализации большей автономии епископов на местах. Этому способствовал ряд указов: Указом от 25 августа 1865 года, за № 1706, местным архиепископам было предоставлено право самим разрешать постройку часовен. Затем последовал указ о предоставлении епархиальным архиереям права, самим выводить из духовного звания за штат лиц, окончивших курс духовной семинарии.

Следующий указ разрешал архиереям постригать в монахи на местах. Большие трудности в установлении подлинно отеческих взаимоотношений архиерея со своей паствой мешали частые перемещения архиереев с кафедры на кафедру. Хотя необходимо отметить, что на вторую половину XIX века приходится правление двух таких «вятских долгожителей» как владыка Агафангел и владыка Аполлос.

7 января 1860 года закончилось правление епископа Вятского и Слободского Елпидифора (Бенедиктова), отметившееся активным церковным и монастырским строительством. Сразу после возведения его в сан архиепископа он был переведен в Таврическую епархию. Его сменил уроженец Владимирской губернии епископ Агафангел (Соловьев). Он окончил Московскую Духовную Академию, стал ректором Казанской Духовной Академии, и, вообще, был очень ученым человеком. На Вятку он прибыл с викарной Ревельской кафедры. На его долю выпало устранение многих беспорядков, вызванных отменой крепостного права в стране и началом либеральных реформ. Он также был участником и одним из главных организаторов беспрецедентной по масштабам того времени церковной реформы. При нем впервые начали выходить «Вятские епархиальные ведомости» – епархиальный печатный орган, просуществовавший до 1917 года.

Владыка начал активно устанавливать связи с Афоном, и это дело не прекратилось с его переходом 17 июня 1866 года на Волынскую кафедру. Общение Вятской епархии со Святой Горой получило широкое распространение и просуществовало до конца XIX века. Вплоть до смерти Владыки в 1876 году его очень тепло вспоминала и вятская паства и духовенство, и главное – его детище, получившее общероссийскую известность – Вятское женское училище для девиц духовного звания. 13 декабря 1866 года на Вятскую кафедру взошел, пожалуй, самый известный, ее руководитель – епископ Аполлос (Беляев). Он закончил Киевскую Духовную Академию, был магистром богословия. Он прослужил на Вятской кафедре 19 лет. За это время он очень много сделал для улучшения состояния дел в епархии. Главную проблему владыка видел в обширности территории епархии, и именно из-за этого он обратился в святейший Синод с просьбой об открытии в епархии викариатства. Так в 1868 году произошло открытие Сарапульского викариатства. При нем же был создан Вятский комитет православного миссионерского общества. 20 апреля 1880 года Аполлос был возведен в сан архиепископа.

Владыка обладал редким даром слова, и после него осталось несколько сборников речей и проповедей. Это был один из самых любимых архиереев на вятской земле. 7 июня 1885 года, находясь уже в преклонном возрасте, владыка подал прошение об увольнении его на покой в Слободской мужской монастырь. Прожил он после этого недолго и 26 ноября того же года скончался и был погребен в Троицкой церкви монастыря. Его преемником стал выпускник Московской Духовной Академии, магистр богословия, епископ Макарий (Миролюбов). Вятская кафедра оказалась для него уже пятой по счету.

Владыка Макарий был сравнительно молод, прост, и энергичен и, не смотря на кратковременность своего пребывания на вятской кафедре, он покорил многих необычайной простотой общения, шутливостью, добродушием и лаской. Владыка имел российскую известность как церковный историк и археолог. В Вятке он часто сам посещал учебные заведения, экзаменовал учащихся. Именно он стал инициатором строительства епархиального свечного завода, но, к сожалению, завершить задуманное не успел. Он часто ездил по епархии и за 2 года успел посетить даже самые отдаленные ее уголки. 5 декабря 1887 года Владыка был удостоен сана архиепископа и переведен на Донскую кафедру. Последним архиереем, вступившим на Вятскую кафедру во второй половине XIX века стал епископ Сергий (Серафимов). Он закончил Московскую Духовную Семинарию. В Вятскую епархию Владыка приехал из Санкт-Петербургской епархии. Именно при нем подвизался старец Стефан (Куртеев), ныне причисленный к лику местночтимых святых. Владыка добился открытия в городе Глазове второго викариатства. При нем же было открыто отделение Императорского палестинского общества с целью распространения сведений о Святой Земле.

Владыка помог духовенству осуществить и давно задуманный проект по созданию взаимовспомогательной кассы. 10 августа 1896 года он был переведен в Астрахань. Викариатства, открытые в Сарапуле и Глазове, были очень востребованы и оказали большую помощь архиерею в управлении епархией. Викариям передавались следующие полномочия: назначение и принятие отставки епархиальных катехизаторов, наложение штрафов, дела о церковно-приходских попечительствах, о не бывших у исповеди духовных лицах, о судебных епитимиях. Они же утверждали в должности школьных законоучителей, им были переданы все дела по псаломщикам и просфорницам, споры священнослужителей по вопросам собственности, дела по постройке и приобретению домов для причта. Они отвечали за распределение и сбор кружечных доходов, изыскание земли для причтов, решали все метрические вопросы, расторгали браки, взыскивали долги, занимались выдачей мира и антиминсов.

Некоторые из викарных епископов оставили заметный след в истории Вятской епархии. Это, например, епископ Сарапульский Палладий, занимавший кафедру с 1872 по 1877 год. Он стал инициатором выделения штатных должностей епархиальных миссионеров, не имевших своих приходов и боровшихся с расколом на вверенной им территории, получая за это жалование. Он в тесном контакте с главным епархиальным миссионером о.Стефаном Кашменским нанес серьезный удар по расколу. Много сделал для епархии также и епископ Глазовский Варасанофий, второй викарий Вятской епархии. Он отличился на ниве просвещения. За время его викариатства в Глазове и близлежащих районах было открыто много церковно-приходских школ, владыка лично контролировал качество преподавания, учил учителей педагогическому мастерству и помогал школам материально, часто даже из своего собственного содержания. Однако в целом викарные архиереи долго на Вятке не задерживались, их переводили в другие епархии.

Викарные кафедры были временными до получения архиереем собственной кафедры. Обширность территории епархии (133 478 кв. верст) и многочисленность населения создавали большие трудности для управления ею. По одним бумагам с мест нельзя было составить точного представления о реальном положении дел, поэтому одной из необходимых форм управленческой деятельности Преосвященных стали регулярные поездки по епархии. Они, как правило, предпринимались в летнее время и занимали несколько недель.

Поездки осложнялись тем, что населенные местности были чрезвычайно разбросаны по епархии, между ними нередко встречались обширные леса и болотистые пустыри, передвигаться по которым было непросто из-за крайне плохого состояния проселочных дорог. Владыки же старались обязательно заехать в отдаленные приходы, чтобы иметь возможность непосредственного общения со своей паствой. Учитывая эти трудности, владыки охватывали во время одной поездки часть епархии, другие оставляя на будущее время.

Приезд правящего архиерея на приход становился столь значительным событием, что о нем вспоминали потом многие годы. Приведем в качестве примера поездку Преосвященного Аполлоса, совершенную им в 1874 г. По его благословению викарный епископ Палладий в 1873 г. посетил приходы севера и востока Вятской епархии, поэтому владыка Аполлос избрал для обозрения ее западную и южную часть. Выехав 25 июня, владыка пробыл в пути 19 дней, преодолев за это время 1526 км.

Преосвященный любил свою паству и удивительно корректно проявлял ее. «Избрав для путешествия такое время, когда поселяне еще свободны от работ, так называемой страды, и, однако ж, зная, что в летнюю пору для крестьянина дорог не только день, а иногда даже час, и день, проведенный им праздно, невознаградим в другую пору даже неделями, он всячески старался быть в каждом месте своевременно – не только в тот день, когда назначено было по маршруту, а даже по возможности в те часы, в какие надобно было ожидать его по расчету времени, чтобы никого не заставить ждать его подолгу и чтобы не задерживать усердных православных с их лошадьми в рабочие дни лишний час».

Во время поездки владыка стремился сделать максимально много, на пределе человеческих сил. Нередко приходилось ему приезжать на ночлег часов в 11 или 12 ночи. «И в этих случаях, отказывая себе часто в необходимом отдыхе, несмотря на усталость, он не оставлял без внимания того, что требовало оного с вечера, а на другой день в 4 или 5 часов утра всегда был готов уже к выезду в дальнейший путь». Вятская паства искренне, по-детски, выражала ответную любовь к своему владыке.

Множество людей, оставляя все дела, собиралось в те селения, через которые он проезжал. «Завидев экипаж владыки, толпы народа бежали с полей, чтобы только встать на вид владыки, издали протягивали руки, прося благословения. В деревнях целые толпы мужчин, женщин, детей становились при проезде его на колена, также прося благословения». Если архиерей приезжал ночью, его ждали на дороге с зажженными свечами. Усердие поселян было таково, что в его экипаж старались впрячь по 8-9 и более лошадей, хотя достаточно было и 4. Владыка всегда говорил поучение прихожанам, идущее от сердца и обращенное именно к этим людям, и благословлял каждого особо. «Это благословение в каждой церкви продолжалось не менее полчаса, а большей частию около часа и даже долее в многолюдных приходах». Везде владыка особое внимание обращал на детей, спрашивал их о молитвах, Символе веры, заповедях. Любил сам объяснить встречающиеся затруднения и делал это просто и доходчиво, показывая пример того, как надо преподавать Закон Божий сельским ребятишкам. Во время поездки он раздал грамотным детям около 200 книжек, а неграмотных одарил крестиками и образками из финифти.

В каждом селе владыка обязательно хотя бы на минутку заходил в дом настоятеля, благословлял семейство. Чаще же собирал весь причт и беседовал о насущных проблемах церковного служения. Тут же принимал многочисленные просьбы, донесения, жалобы. Многие из них разрешались сразу. Другие владыка брал с собой для передачи благочинным или в консисторию.

Всегда с особым тщанием владыка смотрел за состоянием храма, алтаря, церковного кладбища, приходской школы, ведением церковной документации. За поездку владыка совершил 7 богослужений. С собой он вез хор семинаристов из 10 человек, поэтому службы совершались очень торжественно, благоговейно и оставляли неизгладимый отпечаток в душах простых людей.

Епархиальное управление на местах включало также: духовную консисторию как орган церковного управления и суда, училищный совет по делам церковноприходских школ, благочинных, духовные учебные заведения, епархиальные съезды духовенства и архиерейский дом. В 1841 году появился новый Устав духовных консисторий, по которому все консистории получили единую правовую основу. Высшей инстанцией для консистории был Святейший Синод,

Консистория состояла из присутствия и канцелярии. Каждый член присутствия занимался своими вопросами, однако, все решения принимались на совместных заседаниях. Канцелярия находилась под руководством секретаря. В компетенции консистории были следующие вопросы: назначения на церковные должности, отчёты и характеристики кандидатов, пострижения в монастырях, надзор за ведением церковных книг, управление имуществом епархии.

В целом отношения между Духовной консисторией и Епархиальным архиереем были нормальными. Вятская епархия не отличалась конфронтацией высшей церковной власти. Большинство спорных вопросов решалось мирно и консистория предпочитала склониться к мнению епископа. Епархии делились на благочинные округа, по 10-30 общин в каждом. До 1881 года благочинные избирались духовенством. Они имели право осуществлять надзор за нравственностью духовенства, за управлением церковным имуществом, книгами и должны были два раза в год объезжать своё благочиние.

С 60-х годов начинают возникать благочиннические советы. Средоточием епархиального управления был архиерейский дом. Штат его обычно включал от 30-100 человек. В 1867 году были установлены штатные оклады архиерейских домов, они составили 3110-4300 руб. для епархий, и 5000 руб. – для столиц. Штатный оклад соборов - от 400 до 700 рублей в год. Персонал архиерейского дома составляли: эконом, казначей и два иеромонаха, иеродиакон, псаломщик, келейник и церковный хор. Нижней ступенью в епархиальной структуре были приходские советы, или приходы.

Использование материалов сайта разрешается при наличии индексируемой ссылки на источник.

Все права на изображения и тексты принадлежат их авторам. 

"Кирово-Чепецкое благочиние", 2004-2012.